Песня Сарахи (I)

1. Брамины, не знающие истины, Тщетно повторяют четыре Веды.

2. Из земли, и воды, и травы куша они делают приготовления,
И, усевшись дома, они зажигают огонь,
И от бессмысленных жертв, которые они приносят,
Их глаза выжигает едкий дым.

3. В божественных одеждах, с одним жезлом или тремя,
Они считают себя мудрыми, с их брахманическим знанием.
Тщетно мир порабощен их тщеславием.
Они не знают того, что дхарма -- это то же самое, что не-дхарма.

4. Пеплом эти мастера пятнают свое тело,
И на их голове волосы спутаны.
Усевшись в доме, они зажигают светильники.
Усевшись в углу, они звенят колокольчиками.

5. Они садятся в позу и фиксируют свои глаза,
Шепча в уши и обманывая людей,
Наставляя вдов и бритоголовых монахинь и подобных им,
Посвящая их после того, как возьмут с них плату.

6. Джайнские монахи насмехаются над Путем самим своим присутствием,
С их длинными ногтями и грязной одеждой,
Или другие, нагие, с растрепанными волосами,
Порабощающие себя своей доктриной освобождения.

7. Если наготой можно освободить себя,
Тогда собаки и шакалы должны быть освобожденными.
Если от отсутствия волос происходит совершенство,
Тогда бедра девушек должны быть совершенными.

8. Если от ношения хвоста происходит освобождение,
Тогда оно должно прийти к петуху и яку.
Если мудрость состоит во вкушении лишь чего-то одного,
Тогда ею должны обладать слон и лошадь.

9. Для этих джайнских монахов нет освобождения,
говорит Сараха. Отвергнув истину счастья, они лишь уязвляют свои тела.

10. Затем, есть послушники и бхикшу с учением Старой Школы,
Которые отрекаются от мира, чтобы стать монахами.
Некоторых можно видеть сидящими и читающими писания,
Некоторых увядающими в их концентрации мысли.

11. Другие прибегают к Великой Колеснице.
Это доктрина, излагающая истинные тексты, (говорят они).
Иные медитируют на круги мандалы.
Иные стремятся определить четвертую степень блаженства.

12. Такими изысканиями они отпадают от Пути;
Некоторые рассматривают его как пространство,
Другие наделяют его природой пустотности,
И таким образом, они в целом находятся в несогласии.

13. Тот, кто отвергнут от Первородного, ищет нирваны,
Ни один мудрец не достигает абсолютной истины.

14. Тот, кто внимает чему-то еще, как может достичь освобождения?
Достигнешь ли освобождения, пребывая в медитации?
Какая польза в светильниках? Какая польза в жертвоприношениях?
Что можно сделать, полагаясь на мантры?

15. Какая польза в аскетизме?
Какая польза в паломничестве?
Достигается ли освобождение купанием в воде?

16. Покинь такие ложные привязанности и отвергни такие иллюзии!
Кроме знания Этого, нет ничего больше.
Что-либо иное, нежели Это, никто не может знать.

17. Именно Это читают и об Этом медитируют,
Именно Это обсуждают трактаты и старые легенды.
Нет такой школы мысли, которая не имеет Это своей целью,
Но ее видят лишь у ног своего учителя.

18. Если слово учителя лишь входит в сердце,
Оно кажется сокровищем на ладони руки.
Мир порабощен ложью, говорит Сараха,
И глупец не постигает своей истинной природы.

19. Без медитации, без отречения от мира,
Ты можешь оставаться дома в обществе своей жены.
Можно ли это назвать совершенным знанием, говорит Сараха,
Если ты не освобожден, в то время как вкушал чувственные
удовольствия?

20. Если это уже проявлено, какая польза в медитации?
А если это сокрыто, ты лишь измеряешь темноту.
Сараха восклицает:
Природа Первородного ни существует, ни не-существует.